Сандармох ждет: есть списки расстрелянных армян, нет им памятника

Соловецкие лагеря имеют историю недолгую, но мрачную. Перед Второй мировой их закрыли, арестантов вывезли, но до других лагерей довезли не всех. Более 7 тысяч человек расстреляны в урочище Сандармох. На Соловках есть памятник погибшим тут армянам, а в Сандармохе - нет.
Подписывайтесь на Sputnik в Дзен

Если кто не знает про СЛОН – Соловецкий лагерь особого назначения – то, быть может, и не надо, в счастливом неведении спокойнее жить. Тем же, кто в курсе и интересуется, историю лагерей лучше и полнее расскажут исследователи, люди, углубившиеся в эту тему, владеющие исчерпывающей информацией и документами с именами оставшихся там и тех, кто все же оказался потом на материке.

Редкие архивные документы о жертвах сталинских репрессий обнародуют в Армении

В 1937 - 1939 годах СЛОН закрывали – перед началом Второй мировой войны заключенных перевозили в другие лагеря. Но доехали далеко не все – первый этап из Соловков, в составе 1111 человек, был расстрелян в урочище Сандармох, в 12 километрах от города Медвежьегорск в Карелии - на материке.

Петербургский журналист Светлана Кульчицкая рассказала Sputnik Армения о том, что в урочище было обнаружено множество расстрельных ям. По ее словам, человеку, хорошо знающему лес, определить места братских могил не составляет труда. Расстрельные списки самого первого соловецкого этапа, как и последующих, были обнаружены в целости и сохранности в 1995 году. Всего в Сандармохе было расстреляно около 7 тысяч человек 58 национальностей.

В Соловках, за редчайшим исключением, расстрельные приговоры в исполнение не приводились – люди умирали в процессе, так сказать, отсидки. Для расстрелов существовали иные места, одним из которых и стало ни в чем не повинное северное урочище, где обнаружили более 230 общих захоронений.

Винные подвалы и невозможные памятники: удалось ли Исраеляну провести чекистов?>>

Но речь сейчас не об этом – не о лагерях и их, если можно так выразиться, повседневном быте. Светлана Кульчицкая говорит о том, что если в Соловках есть памятник армянам, прошедшим через лагеря, то в Сандармохе нет ничего, даже простой дощечки в память о наших соотечественниках, оставшихся здесь.

"Верните!": почему академик Арзуманян отказался выйти из тюрьмы НКВД?

"Татарам есть, русским, марийцам, грузинам, российским немцам, финнам, вайнахам, полякам, эстонцам, литовцам, евреям, украинцам, азербайджанцам и еще многим другим, расстрелянным и брошенным в ямы Сандармоха. Я несколько раз пыталась разговаривать в Ереване с людьми, которые занимаются общественными связями, в Петербурге с консулом, с руководством диаспоры, даже с армянским скульптором по металлу, который был возмущен таким положением дел, но… Дальше моих эмоциональных рассказов о том, что такой знак в Сандармохе необходим, дело не пошло. Я даже эгоистично подумала, а зачем это надо мне, если им не нужно", - говорит Кульчицкая.

Наверное, "нам" все же это нужно. Для этого у нас есть все возможности – и скульпторы, и художники, и энтузиасты. Да и, поскольку вряд ли на установку хотя бы простой мемориальной доски необходима уйма денег, дело не особенно затратное с финансовой точки зрения. А даже если – давайте хотя бы в таких вопросах не считать деньги. И петербургскому журналисту Кульчицкой – особое спасибо за неравнодушие: в наше время это дорогого стоит.

 

Сандармох ждет: есть списки расстрелянных армян, нет им памятника

Справедливости ради нужно отметить, что, на взляд ряда исследователей и историков, в урочище Сандармох в 1941-1944 годах финскими оккупационными войсками были расстреляны советские военнопленные. Но это в любом случае отдельная история, и известные документы – расстрельные списки – называют имена казненных рукой НКВД.

Мужской списокрасстрелянных в урочище армян Кульчицкая передала в редакцию Sputnik Армения. Есть и отдельный женский список: но женщин в Сандармохе не расстреливали, их этапировали в другие лагеря. Судьбы их, в подавляющем большинстве случаев, неизвестны, быть может – откликнется кто из родственников.

Мы должны как-нибудь показать, что мы их помним.