"Бари луйс, вонц ес": как Мехмет Сафи из Измира узнал о своих армянских корнях

Армяне Восточной Турции в годы Геноцида вынужденно рассеялись по всей территории Турции в поисках условий для выживания. Их потомки сейчас возвращаются на свои исторические земли — в надежде найти дома своих предков и может быть даже своих выживших родственников.
Подписывайтесь на Sputnik в Дзен

В городе Муш среди прочих армян мне встретился внук Саркиса, участника армянского национально-освободительного движения. Хотя в его паспорте указано имя Мехмет Сафи, он представился мне как Аваг Авагян. Договорились, что буду называть его именно так.

Аваг родился не в Муше, он и сегодня живет в Измире. Это третий по величине турецкий город  с населением примерно в 4 миллиона. Он расположен на берегу Средиземного моря, в более чем 1200 километрах от Муша. В Измире, который не имеет никакой исторической или географической связи с Западной Арменией, он оказался не по своей воле, просто именно здесь после Геноцида осели его предки.

"Бари луйс, вонц ес": как Мехмет Сафи из Измира узнал о своих армянских корнях

"Дед мой жил в селе Сенсут провинции Муш, потом переехал в Диарбекир. Турецкое имя деда было Мирза, но на самом деле он носил армянское имя Саркис. Мужчины долгое время были вовлечены в национально-освободительное движение, воевали в горах. Их жены и дети жили в селах. Жену моего деда один из местных турок сделал своей наложницей. Деду и его матери с трудом удалось бежать из деревни, обосновался в другом месте, где он долго скрывался под курдским именем. Турецкая армия разыскивала скрывающихся армян повсюду. Армянам, пусть даже сменившим для вида религию и национальность, было трудно выживать в этих условиях", — рассказывает Аваг.

После погромов Мирза вернулся в Муш и попытался найти братьев, подвергнув опасности собственную жизнь. Никого отыскать не удалось, и он уехал из Муша навсегда. Миссию по поиску родных он переложил на своих детей.

"Армянин я, что вам ещё нужно?": как амшенцы пустили корни в Турции>>

"Я отправился в наш старый дом в Муше несколько лет назад. Нашел документы, в которых говорилось о прежних владельцах. У деда было трое братьев – Артин, Оган, Земун (или Симон). Их отца звали Аваг. Я взял себе его имя как факт, подтверждающий мое армянство. Дед всю жизнь мечтал о том, чтобы снова вернуться в Муш" - рассказывает Аваг Авагян.

В Диарбекире Мирза женился на курдской женщине. У них родились четверо сыновей и дочка. Уже в Измире Мирза дал сыновьям наказ – никогда не терять свои корни и свой язык, всегда говорить с соотечественниками о том, что они армяне, пусть даже тайком.

"Дед умер в 1969 году. О нашем прошлом мне рассказал отец. Он воспитал в нас армянские ценности. Я долго искал своих родственников на территории Турции – никаких следов. Сейчас ищу и в Армении. Может, кому-нибудь из братьев деда удалось добраться туда", - говорит Мехмет Сафи, ставший Авагом Авагяном.

Аваг успел приехать в Республику Армения, посетить мемориал жертвам Геноцида "Цицернакаберд", почтить память предков, может и родственников, погибших 105 лет назад. Осознание того, что он живет в обществе, повинном в смерти его предков, душит его – тяжко все это. И деяний своих преступных это общество не признает.

Быть армянином - и там, и тут: история Садека Бакирджоглу, ставшего Арменом

Но исключения бывают. Когда кто-то из турок прозревает, то не просто переживает боль, но и делит всю горечь наравне с армянами. В любом случае Аваг продолжает искать родственников – по всей Турции, Армении и диаспоре. Надеется, что найдет их, а когда найдет, мечтает поговорить с ними на армянском.

"Знаю всего несколько слов на армянском, только то, что слышал от отца – "бари луйс, вонц ес…(доброе утро, как дела? - арм.). Но я твердо решил выучить армянский, чтобы говорить на родном языке, когда начну чаще приезжать в Армению", - говорит он.

А потом робко добавляет на армянском:

— Я армянин, и рад, что я армянин. Мы же одной крови…родные души!

Пока мы есть, Ани быть: исламизированный армянин стал хранителем армянской столицы>>