Ситуация на Ближнем Востоке не оказала существенного влияния на динамику армяно-иранских отношений. Эти отношения развиваются в собственной логике и уже давно подошли к этапу, когда назрела необходимость подписания соглашения о стратегическом партнерстве.
При этом в повестке остаются чувствительные вопросы: в частности, Тегеран с настороженностью относится к реализации в Армении проекта "маршрут Трампа".
О текущей ситуации в Иране и позиции Тегерана по ключевым региональным процессам в интервью Sputnik Армения рассказал старший эксперт по исследованиям Кавказского региона, член совета Общества дружбы Иран–Армения и руководитель северо-западного (тебризского) представительства организации Алиреза Назиф. Беседу вела Лаура Саркисян.
- Какова текущая социально-экономическая ситуация в Иране на фоне военных событий? Как это отражается на экономике и деловой активности?
- Иран традиционно не выступает инициатором военных конфликтов и не стремится к эскалации, что подтверждается как многотысячелетней историей страны, так и современными событиями. Ни в восьмилетней войне с режимом Саддама Хусейна, ни в 12-дневном противостоянии с Израилем летом 2025 года, ни в текущем конфликте, продолжающемся уже более месяца и известном как "Рамаданская война", Тегеран не был стороной, начавшей боевые действия. Более того, на момент обострения Иран находился в переговорном процессе.
В первые дни конфликта страна понесла серьезные потери, включая гибель высокопоставленных должностных лиц. Однако, несмотря на расчет противников на дестабилизацию, государству удалось сохранить управляемость и способность к сопротивлению.
Военные события, безусловно, оказывают давление на экономику и деловую активность. Тем не менее иранское общество, обладая значительным опытом адаптации к кризисам и санкциям, демонстрирует устойчивость. Экономическая жизнь продолжается: функционируют рынки, обеспечен доступ к товарам первой необходимости, бизнес сохраняет работоспособность. Одновременно наблюдается высокий уровень общественной мобилизации и внутренней консолидации.
- Как Вы оцениваете динамику армяно-иранских отношений на данном этапе с учетом войны в Иране и временной приостановки работы над соглашением о стратегическом партнерстве?
Армяно-иранские отношения имеют глубокую историческую основу, насчитывающую тысячелетия. За годы независимости Армении между странами не возникало серьезных противоречий, а политический диалог стабильно сохраняется на высоком уровне. Военные события не оказали существенного влияния на эту динамику.
Экономическое сотрудничество развивается последовательно, хотя его потенциал остается далеко не полностью реализованным. Стороны предпринимают шаги для увеличения товарооборота до "3 млрд при текущем уровне около $1 млрд.
Особое значение имеет 42-километровый участок общей границы, который остается одним из наиболее активных: ежедневно его пересекают от 300 до 500 грузовиков. Исторически этот коридор играл ключевую роль для Армении, оставаясь открытым даже в наиболее сложные периоды. Для Ирана это направление также имеет стратегическое значение — как выход к Евразийскому экономическому союзу, России и европейским рынкам через грузинские порты.
Что касается соглашения о стратегическом партнерстве, его подписание объективно назрело и могло бы состояться значительно раньше. В нынешних условиях оно приобретает особую актуальность.
При этом следует учитывать фактор внешних игроков, включая силы, находящиеся за пределами региона и проявляющие здесь активность. Как правило, они руководствуются собственными интересами, не связанными напрямую с устойчивостью Ближнего Востока и Кавказа. В этом контексте важно понимать, что обеспечение безопасности региона должно оставаться задачей самих стран Кавказа и их непосредственных соседей.
- Может ли реализация "маршрута Трампа" негативно повлиять на армяно-иранские отношения? И какие шаги необходимы для сохранения их стратегического характера?
Проект, известный как "Зангезурский коридор" или "маршрут Трампа", рассматривается в Иране как потенциальный фактор напряженности. Такую оценку разделяют многие эксперты. По их мнению, он не только не отвечает интересам Армении, но и может негативно сказаться на двусторонних отношениях.
Несмотря на заявления армянской стороны о готовности учитывать озабоченности Тегерана, в Иране сохраняется настороженное отношение к проекту. Это во многом обусловлено историческим опытом взаимодействия с внешними игроками, включая санкционное давление, нарушения обязательств и высокий уровень недоверия к инициативам, исходящим извне.
В Тегеране также исходят из того, что внешние силы, находящиеся за пределами региона, как правило, руководствуются собственными интересами и не ориентированы на долгосрочную стабильность Ближнего Востока и Кавказа.
В этом контексте особое значение придается сохранению армяно-иранской границы как важнейшего канала взаимодействия. Иран неоднократно подчеркивал, в том числе на высшем уровне, что не допустит реализации проектов, которые могут привести к ее изменению или блокированию.
- Как обострение ситуации на Ближнем Востоке в целом повлияло на взаимодействие Еревана и Тегерана — в политической, экономической и логистической сферах?
Иран неоднократно предупреждал, что эскалация конфликта может иметь серьезные региональные последствия. В этой связи Тегеран призывал соседние государства воздерживаться от вовлечения в конфронтацию, в том числе от предоставления своей территории и воздушного пространства для действий, направленных против Ирана.
Мы неоднократно предупреждали, что в случае использования расположенных на территории других стран американских военных баз или иной инфраструктуры, связанной с США, против Ирана, он будет рассматривать такие объекты как цели противника и оставляет за собой право на ответные действия.
Иран не несет ответственности за обострение ситуации на Ближнем Востоке и действует в рамках своего законного права на самооборону в соответствии с международным правом и Уставом ООН.
В то же время международные структуры сохраняют сдержанную позицию, а ряд государств, опасаясь реакции США, избегают четко обозначать свою позицию.Текущий момент требует большей определенности: страны фактически оказываются перед выбором — поддержать Иран или занять противоположную позицию.
- В условиях региональной нестабильности транспортные коридоры демонстрируют уязвимость. Как Иран намерен решать эту проблему в случае затяжного конфликта, чтобы сохранить свои позиции и устойчивость?
Иран обладает значительным опытом функционирования в условиях кризисов, санкций и внешнего давления. За последние десятилетия страна адаптировалась к различным ограничениям, развивая внутренние ресурсы и повышая устойчивость ключевых отраслей — от энергетики до промышленности и технологий.
Это позволяет Ирану поддерживать и развивать транспортно-логистические возможности даже в условиях нестабильности. Несмотря на текущие вызовы, Тегеран намерен сохранить свою роль важного транзитного и экономического узла в регионе.
Вместе с тем конфликт имеет и гуманитарное измерение: пострадали представители армянской общины Ирана, зафиксированы разрушения и человеческие жертвы. Это дополнительно подчеркивает масштаб и сложность происходящих процессов.