"Целуй меня как я тебя и вечно будем мы друзья". В этой дурашливой присказке прошлого когда-то стоял восклицательный знак, а вместо "Целуй" красовалось выражение чувства глубокой привязанности: "Люби!". Впрочем, употреблялся и менее цензурный глагол, как вариант, скорее, для "пацанских" гитарных посиделок, но это совсем другая история.
Мы же с вами вернемся к поцелуям, да обнимашкам государственных лидеров. Тем более, что сегодня этот процесс пошел с новой силой.
Объятия Зеленского с Макроном навевают воспоминания о поцелуе генсека КПСС с руководителем бывшей ГДР. Прошли уже десятилетия, Брежнев умер, Хонеккер тоже, на дворе другие времена, но, как говорил Виктор Черномырдин, "Никогда такого не было, и вот опять…".
Что-то с западными лидерами стало: едва увидев друг друга, бросаются в объятия и хорошо, если с одной стороны мужчина, а с другой, к примеру, Кая Каллас или на худой конец Урсула фон дер Ляйен. Но нет, тянутся, закатывая глаза, льнут друг к другу чаще всего представители сильного пола.
Когда Брежнев лобызал Хонеккера и других руководителей стран соцлагеря, он как бы демонстрировал братские чувства к своему визави: открытость сердца, тепло души, призыв к укреплению межгосударственных связей и так далее.
Мир меняется, изменились и отношения между лидерами, европейцы стали чувствовать себя неуютно в собственном доме, началось лицемерие с обидой вперемешку. Премьер Испании, к слову, обозвал Германию слепой, глухой и жалкой.
А тут еще случилось неслыханное — Макрон объявил, что в случае войны Греции с Турцией Франция займет греческую сторону. Вот такие отношения между тремя союзниками по НАТО.
Вместе с тем, скидываться на Украину европейцам надоело, от своих "ценностей" они устали, американцы над ними посмеиваются…
"Нарастающие провалы внешней политики Европы — от борьбы за финансирование Украины до раздробленного ответа на войну с Ираном — подпитывают призывы к фундаментальной перестройке дипломатии", — отмечает влиятельная Politico (США).
Вместе с тем, нарастающие как снежный ком проблемы во внешней политике ЕС усугубляются противоречиями внутри самого блока и критикой руководства евродипломатии. К примеру, после того как Кая Каллас "высекла" Вашингтон за недостаточное давление на Москву, госсекретарь США Марко Рубио пригрозил выходом из переговорного процесса по Украине.
Раздрай крепчает, заставляя вспомнить популярную присказку детских лет: А и Б сидели на трубе, А упало, Б пропало, что осталось на трубе? Похоже, что на этот раз в остатке не всем известная буква "и", а поцелуи.
Слово экспертам-психологам. Причин, побуждающих политиков целоваться несколько.
Во-первых, чтоб наладить тесный (в буквальном смысле) контакт с представителем того или иного государства. И тут поцелуй становится частью политической игры.
— Одновременно это выражение более интимного контакта, чем рукопожатие. С кем обычно мы целуемся? С мамой, с родным, любимым человеком. Вот и между политиками поцелуй тоже как бы средство близкого контакта.
— Ну, хорошо, приобнять один лидер другого может, ну потереться щекой о щеку при объятии тоже, но с поцелуями это явный перебор, — объясняет известный российский педагог-консультант по этикету и деловому протоколу Татьяна Николаева.
В порядке напоминания. В прошлом, как известно, у мира на виду были Уинстон Черчилль, Франклин Рузвельт, Шарль де Голль, Иосиф Сталин, в конце концов. Встречались, пожимали друг другу руки, обменивались мнениями о текущем моменте и расходились как в море корабли. Ничего другого.
Один современный мудрец заметил: "Объятия — это как поцелуй в душу. А в душу надо целовать тех, за которых готовы умереть". Трудно поверить, чтоб, к примеру, Брежнев был готов умереть за Тодора Живкова и тем более наоборот. Однако…
Несколько слов о долгих объятиях и смачных поцелуях Макрона с Зеленским. Справедливости ради напомним: украинский хлопец в вечнозеленом целуется не только с главным парижским месье. Во время недавнего визита в Данию, которая входит в поддерживающую Киев "коалицию желающих", он обменялся поцелуями и с премьер-министром королевства Метте Фредериксен. Но тут все вышло более-менее: мужчина и женщина держатся за руки, обнимаются, затем обмениваются поцелуями. На следующих кадрах хроники беседуют, гуляя по парку, и фотографируются у входа в резиденцию. Ничего личного, все как у всех.
Другое дело — Макрон в страстных объятиях министра спорта страны Амели Удеа-Кастеры. Многие журналисты и пользователи Сети посчитали, что такое поведение едва ли можно считать обычным взаимодействием коллег. Издание The Daily Telegraph отметило: фотография с бывшей профессиональной теннисисткой, ровесницей Макрона и матерью троих детей вызвала "переполох".
Да, во Франции иметь любовницу — обычное дело, особенно у политиков. Еще в 2019 году журналисты Associated Press запечатлели галантного до шнурков на ботинках Макрона в объятиях пожилой поклонницы (везет же месье на дам бальзаковского возраста) во время президентской гонки. СМИ писали, что президент оказывал женщине знаки внимания и не исключили, что она может быть его новой фавориткой.
Во французской культуре принято приветствовать друг друга поцелуем в щеку. Два поцелуя - наиболее распространенный обычай, но в Провансе, к примеру, принято дарить три поцелуя, а в Нанте аж целых четыре.
Фотохроника поцелуев официальных лиц свидетельствует: когда родине надо, политические деятели без особых проблем преодолевают неприязнь к соперникам и чмокают их в щечку. Видно по фотоснимкам, на которых Барак Обама целуется с Уго Чавесом, Ангела Меркель с Николя Саркози, Махмуд Аббас (президент государства Палестина) с Биньямином Нетаньяху.
Удивить этим армян трудно. Здесь при встрече мужчины и женщины целуются напропалую, выказывая доверие и искренность. Армения, все-таки, не Арабские Эмираты, где за поцелуй в общественном месте можно загреметь в тюрьму на срок до десяти суток. Здесь премьер-министр чуть не ежедневно посылает народу воздушные поцелуи, правда, большей частью в одностороннем порядке.
Путешествуя по Армении, будьте готовы к тому, что вас могут поцеловать, предупреждают туристов многоопытные гиды, хотя если ограничиться простым рукопожатием, тоже никто не обидится.