Вступают в силу эмбарго и потолок цен на нефтепродукты из России – что это значит
10:58 06.02.2023 (обновлено: 17:25 11.08.2023)
![Нефтяная качалка на фоне заката Нефтяная качалка на фоне заката - Sputnik Армения, 1920, 06.02.2023](https://cdn.am.sputniknews.ru/img/2352/57/23525711_0:0:3073:1728_1920x0_80_0_0_d878c7a674794ec5190e631c8167cf04.jpg)
© Sputnik / Максим Богодвид
/ Подписаться
Спустя два месяца после введения эмбарго и предельных цен на российскую нефть аналогичные ограничения Запада добрались и до продуктов нефтепереработки из РФ
С 5 февраля вступает в силу решение Евросоюза и стран "большой семерки" (помимо стран-участниц европейского блока в нее входят США, Канада, Япония и Великобритания) о введении эмбарго на нефтепродукты из России.
Вместе с ним с воскресенья также начинает действовать утвержденный ЕС, "большой семеркой" и Австралией потолок цен на российские продукты нефтепереработки для третьих стран.
О новых условиях, в которых отныне будет жить мировой топливный рынок, а также о возможных последствиях от западных ограничений как для России, так и для стран Европейского союза Sputnik узнал у экспертов. Подробности – в материале Вадима Павлова.
Недоработанное эмбарго с исключениями
Работать эмбарго на российские нефтепродукты будет точно также, как уже два месяца аналогичный механизм работает в отношении поставок нефти из России, отмечет заместитель генерального директора Института национальной энергетики Александр Фролов.
Подробнее об ограничениях на российское "черное золото" можно прочитать здесь.
Страны Евросоюза не смогут приобретать продукты нефтепереработки из России. Однако, как и в истории с нефтяным эмбарго, здесь предусмотрены несколько исключений.
Так, Болгария до конца 2024-го года сможет закупать нефтепродукты из России, а Хорватии до конца 2023-го года разрешено покупать у РФ вакуумный газойль, необходимый для работы их нефтеперерабатывающих заводов.
"Так как нефтепродукты поставлялись в основном морем, то здесь необходимо указать и второй момент, который касается этого вида санкций, – говорит Александр Фролов. – Одновременно с запретом на закупку европейскими компаниями российских нефтепродуктов вступает в силу и запрет для европейских предприятий на их морскую транспортировку. А также запрет на участие в обеспечении морской перевозки для тех европейских компаний, которые так или иначе касаются этого вопроса – например, нельзя страховать, обеспечивать финансирование, обслуживать суда, перевозящие российские нефтепродукты".
При этом, отмечает эксперт, есть определенные исключения, касающиеся специфики применения этой санкции в отношении третьих стран.
"Если в третьей стране российские нефтепродукты подверглись дополнительной переработке, то они уже не считаются российскими, – говорит Александр Фролов. – По предварительному регламенту, который еще может измениться, любой нефтепродукт можно фактически подвергнуть любому процессу нефтепереработки, после чего он перестает считаться российским".
Это, по его словам, открывает довольно широкое пространство для маневра.
"Так, например, товарный дизель можно подвергнуть вакуумной или атмосферной перегонке, или, если угодно, дистилляции. Но если вы подвергаете этому виду переработки товарный нефтепродукт, то на выходе вы получаете тот же самый нефтепродукт без каких-либо изменений", – рассказывает эксперт.
Он предполагает, что эта недоработка предварительного регламента будет устранена, потому как если этого не произойдет, то будет открыто очень большое пространство для маневра. "Я бы даже сказал слишком большое", – заявляет Александр Фролов.
Очередной потолок
Европейский Союз, Великобритания, США, Канада, Япония и Австралия согласовали введение потолка цен на нефтепродукты из России.
Предельная цена на продукцию, торгующуюся с премией к нефти (например, дизельное топливо и мазут), установлена на уровне $100 за баррель, а на продукцию, продающуюся с дисконтом (например, мазут) – $45 за баррель.
ЕС, фактически, своим эмбарго уже запретил сам себе закупать российские нефтепродукты, а ценовым потолком коллективный Запад намерен ограничить доходы России от экспорта в третьи страны.
"Подразумевается, что западным перевозчикам нельзя будет перевозить и страховать перевозку российских нефтепродуктов третьим странам, если эти продукты стоят дороже того предельного уровня, который установили недружественные России страны, – рассказывает ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности (ФНЭБ) Игорь Юшков. – То есть, при загрузке российских нефтепродуктов на танкер собственник этого танкера должен взять некую справку о том, сколько эти нефтепродукты стоят. Если выше потолка, то страны ЕС и G7 запрещают перевозку под угрозой санкций – двухмесячного запрета на сотрудничество с кем-либо".
По сути, его судно будет простаивать, говорит эксперт. Поэтому эта санкция будет оказывать влияние именно на стадии перевозки российских нефтепродуктов.
Как отмечает Александр Фролов, система предельных цен на российские нефть и нефтепродукты – это, по сути, легальный пропуск обратно в экосистему морских перевозок.
"Если Россия соглашается продавать свои нефтепродукты в рамках потолка цен, то российские компании могут и дальше пользоваться услугами по морским перевозкам – страхованию, финансированию, брокерским услугам", – объясняет эксперт.
По его словам, возможно снижение цен на российские нефтепродукты, но не из-за потолка, а из-за возросших расходов на транспортировку.
Подробнее о потолке цен, мотивах его введения и потенциальных рисках можно прочитать здесь.
Дефицит топлива, сокращение производства и другие возможные последствия
Европа была важным рынком сбыта нефтепродуктов для России, отмечает ведущий эксперт ФНЭБ Станислав Митрахович. На пике в данный регион поставлялось 0,8-1 млн баррелей различных нефтепродуктов в сутки, более половины из которых приходилось на дизельное топливо.
"С одной стороны, придется заниматься перенаправлением поставок, а с другой, возможно, придется частично снизить добычу нефти, потому что такое количество нефтепродуктов, которое продавали раньше на внешних рынках, сейчас реализовать будет сложно", – считает эксперт.
По его словам, нефтепродукты сложнее пристроить на рынке, нежели сырую нефть, поскольку страны-импортеры обычно имеют собственные нефтеперерабатывающие мощности и заинтересованы в покупке именно сырой нефти для дальнейшей ее переработки на своих заводах.
"В этом смысле России будет сложнее продавать свои нефтепродукты, но, тем не менее, такие возможности существуют. Есть информация о росте экспорта российских нефтепродуктов в Турцию, Марокко и другие страны", – заявляет эксперт.
В прежние годы на Европу приходилось до 65% всех поставок нефтепродуктов из России, продолжает Александр Фролов. И сейчас запрет на поставки в данный регион является для РФ существенным – фактически, страна должна перенаправить на другие рынки более половины своих нефтепродуктов.
"Основным последствием, которое может наступить от эмбарго, является сокращение объемов производства нефтепродуктов в России и, возможно, сокращение добычи нефти, которое может последовать за этим фактом, – говорит эксперт. – Тем не менее, вопрос о сокращении упирается в вопрос перестроения логистических цепочек – если логистика будет перестроена должным образом, если нам хватит танкерных мощностей, то особых изменений мы не увидим. Если же перестройка логистики займет больше месяца – то есть год-два – то, возможно, на ближайшие год-два мы увидим сокращение нефтепереработки, которое будет разным для разных нефтепродуктов".
Если снижение добычи нефти в России произойдет, то оно будет на уровне 5-7%, оценивает Станислав Митрахович.
Одним из главных последствий от введения эмбарго и потолка цен Игорь Юшков называет уменьшение количества доступных России танкеров для перевозки нефтепродуктов.
"То же самое мы видели с 5-го декабря, когда аналогичные ограничения были наложены на российскую нефть, – говорит он. – Международные компании зачастую просто боялись связываться с российской нефтью, перевозить ее. Потому что формально прописаны такие правила игры: собственник судна должен запросить у собственника нефти справку, в которой написана цена. Если она укладывается в потолок, то ее можно везти. Но что это должна быть за справка, кому ее дальше передавать, в какой санкционный орган – непонятно. К тому же непонятно что делать, если собственник нефтепродуктов дал поддельную справку – будет ли оштрафован собственник судна за перевозку и т.д. Вся эта неопределенность привела к тому, что международные компании-судовладельцы начали воспринимать нефть из России как токсичную. То же само будет и с нефтепродуктами – думаю, эти компании вообще устранятся на несколько месяцев и будут наблюдать".
По словам Игоря Юшкова, в мировом флоте гораздо меньше танкеров, перевозящих нефтепродукты, чем перевозящих нефть. А значит, из и так относительно небольшого количества таких танкеров России будет доступно еще меньше. Соответственно, флот для экспорта нефтепродуктов из РФ, вероятно, будет формироваться дольше.
"Поэтому не исключено, что в ближайшие месяцы экспорт нефтепродуктов из России уменьшится. Но при этом мы просто сократим переработку и будем экспортировать больше сырой нефти. То есть, в этом плане это будет не просто сокращение добычи, а, скорее, сокращение переработки, чтобы сократить экспорт нефтепродуктов", – рассуждает Игорь Юшков.
По его словам, переходный период может занять до полугода – пока Россия не найдет достаточное количество танкеров для экспорта своих нефтепродуктов на азиатские и другие альтернативные рынки, не пристроит свои нефтепродукты и не заключит контракты.
"В этот период и скидка на российские нефть и нефтепродукты будет сохраняться. Первое полугодие будет довольно напряженным и динамичным в плане изменений", – заявляет Игорь Юшков.
По оценке генерального директора "Независимого аналитического агентства нефтегазового сектора" Тамары Сафоновой, диверсификация экспорта нефти из стран ЕС в дружественные страны после ввода потолка цен в начале декабря прошла эффективно.
"Следует отметить, что российские нефтепродукты востребованы на мировом рынке, и трансформация закупок нефтепродуктов в Европу из Индии, Китая, Кувейта приведет к необходимости закупок российских нефтепродуктов странами-экспортерами для восполнения потребностей внутреннего рынка, – считает эксперт. – При этом, если Россия ограничит экспортные грузопотоки нефти, то сократится производство нефтепродуктов в мире, и крупнейшие страны-импортеры нефти будут заинтересованы уже в приобретении российских нефтепродуктов".
Для стран Запада, отмечает Игорь Юшков, последствия ограничений будут не очень хорошими, поскольку в Европе может возникнуть дефицит нефтепродуктов и, соответственно, рост цен на них.
Как рассказывает Александр Фролов, Россия "закрывает" порядка 10% спроса в ЕС на дизельное топливо. "Очевидно, что поставки из РФ им будет тяжело заместить", – говорит он.
"Другое последствие заключается в том, что, вполне возможно, европейская нефтепереработка все больше и больше будет уходить на аутсорсинг, – отмечает Игорь Юшков. – То есть, все больше нефтепродуктов будет производиться в азиатских странах, и уже готовые нефтепродукты будут поставляться на европейский рынок, а местные НПЗ останутся недозагруженными. Ну и, соответственно, нефтепродукты для Европы станут еще дороже".
Как Россия может минимизировать потери?
Станислав Митрахович предполагает, что Европа будет сквозь пальцы смотреть на выполнение своих собственных санкций касательно нефтепродуктов. По крайней мере в ближайшие несколько месяцев, пока будет переходный период, поскольку найти замену нефтепродуктам Евросоюзу будет достаточно сложно.
"Я не исключаю, что ЕС будет сквозь пальцы смотреть на какие-нибудь своповые или обменные операции, когда, например, российский дизель будет доходить до какой-то страны, номинально изменять порт прописки и потом экспортироваться в Европу. Или если своп произойдет где-то в море – например, российский дизель будет кому-то передан, формально станет уже не российским и как-то дойдет до Европы. Также будет и реальный реэкспорт из других стран", – говорит Станислав Митрахович.
Рынками, куда Россия может перенаправить нефтепродукты, ранее направлявшиеся в ЕС, могут стать Азиатско-Тихоокеанский регион, Ближний Восток и Африка (особенно ее север), считает Александр Фролов.
"То есть, в принципе мы могли бы расширить свое присутствие на тех рынках, на которых мы и без того расширяем свое присутствие в последние годы, снижая зависимость от европейского рынка, – говорит он. – Если брать отдельно взятые нефтепродукты – например такие, как модифицированные битумы – то их мы можем поставлять вплоть до Латинской Америки. Это высокомаржинальные нефтепродукты, которые находят своего покупателя в настолько удаленных от РФ рынках".
Также потенциалом к увеличению импорта российских нефтепродуктов, по мнению эксперта, обладают страны ближнего зарубежья, которые могут участвовать в операциях размена – то есть, Россия может продавать дизельное топливо, например, в Казахстан, тот может снимать с внутреннего рынка часть собственного дизельного топлива и отправлять его в ЕС.
С перспективами перестроения рынков сбыта соглашается и Игорь Юшков. По его словам, Россия может направлять свои нефтепродукты в азиатские, ближневосточные и африканские страны, которые направятся на внутренние рынки, а все, что они перерабатывают из российской нефти, вместо потребления внутри страны могут отправлять на внешние рынки.
"Потому что у России эти страны покупают нефть и нефтепродукты по ценам со скидкой, а свои нефтепродукты они могут продавать по мировым ценам. Соответственно, таким образом можно заработать. Такой эффект не исключен", – заключает эксперт.