https://am.sputniknews.ru/20260727/atomnaya-dubina-ili-yadernyy-schit-yaponiya-polsha-turtsiya-saudovskaya-araviya--kto-sleduyuschiy-105095145.html
Атомная дубина или ядерный щит? Япония, Польша, Турция, Саудовская Аравия — кто следующий?
Атомная дубина или ядерный щит? Япония, Польша, Турция, Саудовская Аравия — кто следующий?
Sputnik Армения
Действия Вашингтона и Израиля в отношении Ирана стали одним из самых мощных стимулов для распространения военных ядерных технологий и начала новой глобальной... 27.07.2026, Sputnik Армения
2026-07-27T20:57+0400
2026-07-27T20:57+0400
2026-07-27T20:57+0400
аналитика
колумнисты
политика
иран
сша
ядерное оружие
https://cdn.am.sputniknews.ru/img/07e9/09/03/93096381_0:0:711:400_1920x0_80_0_0_ecd8b08ca44dd5ec278b44ec5af8878d.jpg
В потоке мировой информационной ленты о войнах и конфликтах по всему миру как-то незаметно, я бы даже сказал — подчёркнуто незаметно проходит информация о намерении разных стран стать обладателями ядерного оружия.Причём эта информация, которая однозначно должна была бы всколыхнуть мировые СМИ, проходит очень тихо.Но обо всём по порядку.Как показывает история мировых войн, любой передел мира всегда меняет мировую систему безопасности.И в данном случае мы имеем ситуацию, когда всё больше и больше стран заявляют о своих ядерных амбициях.Для начала давайте вспомним, что формальным поводом для тяжелейшего военного кризиса вокруг Ирана, стала, по версии США и Израиля, "необходимость не допустить появления у Тегерана ядерного оружия".Однако ситуация привела к абсолютно противоположному эффекту.Отдельно подчеркнём, что, по мнению ряда наиболее авторитетных мировых аналитических центров, таких как Chatham House, Stratfor и RAND Corporation, именно атака американо-израильской коалиции на Иран, а не российско-украинский конфликт, стала одним из ключевых факторов, ускоривших пересмотр многими государствами своих подходов к вопросам ядерного сдерживания.Но вернёмся к промежуточному "итогу" мировой ядерной гонки вооружений.Ещё раз напомним, что официальная позиция США заключалась в том, что военные удары по Ирану были необходимы для предотвращения появления у него ядерного оружия.Однако мировые элиты сделали совершенно иной вывод.В качестве самого очевидного примера многие приводят Северную Корею.Многие страны видят, что, несмотря на десятилетия санкций и международной изоляции, никто не решается нанести по КНДР масштабный военный удар именно потому, что Пхеньян обладает ядерным оружием и средствами его доставки и самое важное решимостью ударить в ответ ядерным оружием.По сути, это воспринимается как своеобразная гарантия от полномасштабной военной агрессии против этой страны.Иран же, не имея официально признанного ядерного арсенала, подвергся массированным ударам по своей территории.Более того, по мнению многих иранских аналитиков, именно позиция руководства Ирана, которое на протяжении многих лет уверяло мировое сообщество в отсутствии намерений создать ядерное оружие, и стала той самой "индульгенцией безнаказанности" для американцев и израильтян, которая в итоге привела к масштабным ударам по исламской республике.Безусловно, в данном контексте приводится и пример России, которая, будучи обладателем крупнейшего в мире ядерного арсенала, тем не менее подвергается ударам украинских беспилотников по своей территории.Однако те же аналитики указывают, что Россия не применяет ядерное оружие против Украины исключительно по причине особого восприятия Украины и украинцев как части русского мира, что, по их мнению, исключает возможность нанесения подобных ударов на нынешнем этапе конфликта.В других конфликтах подобного "родственного" восприятия между противоборствующими государствами, скорее всего, уже не будет.Возвращаясь к иранскому кейсу, многие аналитики отмечали, что он значительно усилил значимость ядерного сдерживания для государств, рассматривающих вопросы собственной безопасности.Фактически миру был продемонстрирован крайне опасный политический сигнал:Именно такой вывод способен подтолкнуть многие страны к пересмотру своих оборонных стратегий.О таких процессах всё чаще говорят применительно к Германии, Турции, Японии, Польше и Саудовской Аравии.Не буду сейчас перегружать читателя лишней информацией, однако даже поверхностный фактчекинг показывает, что в этих странах действительно идёт активное обсуждение вопросов, связанных с возможным усилением собственного ядерного потенциала.Особенно показательной выглядит ситуация вокруг Саудовской Аравии.Так, в июле 2026 года стало известно, что администрация Дональда Трампа одобрила соглашение о гражданском ядерном сотрудничестве с Эр-Риядом.Особое внимание экспертов привлекло то обстоятельство, что обсуждаемая модель сотрудничества в ядерной сфере между США и Саудовской Аравией допускает возможность развития саудовской инфраструктуры по обогащению урана без тех жёстких ограничений и механизмов контроля, которые традиционно применялись Вашингтоном в аналогичных соглашениях.Формально, конечно, речь идёт исключительно о мирной атомной энергетике.Однако любой специалист по режиму нераспространения знает, что технологии обогащения урана относятся к категории технологий двойного назначения.Именно поэтому соглашение между США и Саудовской Аравией вызвало серьёзную обеспокоенность среди экспертов по контролю над вооружениями.Складывается весьма противоречивая ситуация.С одной стороны, Вашингтон заявляет о недопустимости развития ядерных технологий в Иране, а с другой — фактически создаёт Саудовской Аравии возможности для появления собственной, если можно так выразиться, "не харамной" ядерной бомбы.Для полноты картины напомним, что Саудовская Аравия является родиной одной из наиболее радикальных ветвей исламского фундаментализма — ваххабизма.Однако для нас, армян, гораздо важнее другое.К обладанию ядерным оружием стремится традиционный противник армянского этнополитического элемента — Турция.Конечно, публичных подтверждений существованию военной ядерной программы Анкары нет.Дополнительное внимание вызвали заявления турецких официальных лиц о том, что гипотетическое получение Ираном ядерного оружия неизбежно спровоцирует региональную гонку ядерных вооружений.Напомним также, что бывший директор Национальной разведывательной организации Турции (MIT), а ныне министр иностранных дел Хакан Фидан, отвечая на вопрос журналистов о том, ведёт ли Турция разработку собственного ядерного оружия, не дал прямого ответа ограничившись лишь многозначительной улыбкой.Кстати, уж мы-то знаем, что улыбка турецкого политика говорит значительно больше, чем любые слова.Таким образом, хотя на сегодняшний день прямых доказательств существования турецкой военной ядерной программы нет, сама тема уже стала частью международной дискуссии.И в завершение отметим, что Стокгольмский международный институт исследования проблем мира (SIPRI) уже несколько лет подряд предупреждает о начале новой мировой ядерной гонки и постепенном разрушении прежней архитектуры контроля над вооружениями.На этом фоне военная операция США против Ирана уже выглядит не инструментом борьбы с распространением ядерного оружия, а, напротив, фактором, который способен ускорить этот процесс.Не секрет и то, что турецкие СМИ всё чаще продвигают мысль о том, что отсутствие ядерного оружия не гарантирует безопасность государства, тогда как обладание им значительно повышает уровень стратегического сдерживания потенциального противника.Учитывая ядерные амбиции целого ряда ключевых государств Европы и Азии, уже сегодня можно констатировать один очевидный факт: мировая система ядерного нераспространения переживает один из самых глубоких кризисов за последние десятилетия, а риск новой региональной, а в перспективе и глобальной, гонки ядерных вооружений стал значительно выше.А это неизбежно приведёт к формированию ещё более опасной и нестабильной мировой архитектуры безопасности.
иран
сша
Sputnik Армения
media@sputniknews.com
+74956456601
MIA „Rossiya Segodnya“
2026
Арман Абовян
https://cdn.am.sputniknews.ru/img/07e7/0b/1d/69370563_390:0:2438:2048_100x100_80_0_0_08942ecbcf5f0d7c232fbc30b0241b61.jpg
Арман Абовян
https://cdn.am.sputniknews.ru/img/07e7/0b/1d/69370563_390:0:2438:2048_100x100_80_0_0_08942ecbcf5f0d7c232fbc30b0241b61.jpg
Новости
ru_AM
Sputnik Армения
media@sputniknews.com
+74956456601
MIA „Rossiya Segodnya“
https://cdn.am.sputniknews.ru/img/07e9/09/03/93096381_65:0:598:400_1920x0_80_0_0_6b3b99fbce27d6bba9138cfaaf3a6a86.jpgSputnik Армения
media@sputniknews.com
+74956456601
MIA „Rossiya Segodnya“
Арман Абовян
https://cdn.am.sputniknews.ru/img/07e7/0b/1d/69370563_390:0:2438:2048_100x100_80_0_0_08942ecbcf5f0d7c232fbc30b0241b61.jpg
аналитика, колумнисты, политика, иран, сша, ядерное оружие
аналитика, колумнисты, политика, иран, сша, ядерное оружие
Атомная дубина или ядерный щит? Япония, Польша, Турция, Саудовская Аравия — кто следующий?
Действия Вашингтона и Израиля в отношении Ирана стали одним из самых мощных стимулов для распространения военных ядерных технологий и начала новой глобальной гонки вооружений, отмечает колумнист Sputnik Армения Арман Абовян.
В потоке мировой информационной ленты о войнах и конфликтах по всему миру как-то незаметно, я бы даже сказал — подчёркнуто незаметно проходит информация о намерении разных стран стать обладателями ядерного оружия.
Причём эта информация, которая однозначно должна была бы всколыхнуть мировые СМИ, проходит очень тихо.
Как показывает история мировых войн, любой передел мира всегда меняет мировую систему безопасности.
И в данном случае мы имеем ситуацию, когда всё больше и больше стран заявляют о своих ядерных амбициях.
Для начала давайте вспомним, что формальным поводом для тяжелейшего военного кризиса вокруг Ирана, стала, по версии США и Израиля, "необходимость не допустить появления у Тегерана ядерного оружия".
Однако ситуация привела к абсолютно противоположному эффекту.
Эффект заключается в том, что именно действия Вашингтона и Израиля в отношении Ирана стали одним из самых мощных стимулов для распространения военных ядерных технологий и начала новой глобальной гонки вооружений.
Отдельно подчеркнём, что, по мнению ряда наиболее авторитетных мировых аналитических центров, таких как Chatham House, Stratfor и RAND Corporation, именно атака американо-израильской коалиции на Иран, а не российско-украинский конфликт, стала одним из ключевых факторов, ускоривших пересмотр многими государствами своих подходов к вопросам ядерного сдерживания.
Но вернёмся к промежуточному "итогу" мировой ядерной гонки вооружений.
Ещё раз напомним, что официальная позиция США заключалась в том, что военные удары по Ирану были необходимы для предотвращения появления у него ядерного оружия.
Однако мировые элиты сделали совершенно иной вывод.
В качестве самого очевидного примера многие приводят Северную Корею.
Многие страны видят, что, несмотря на десятилетия санкций и международной изоляции, никто не решается нанести по КНДР масштабный военный удар именно потому, что Пхеньян обладает ядерным оружием и средствами его доставки и самое важное решимостью ударить в ответ ядерным оружием.
По сути, это воспринимается как своеобразная гарантия от полномасштабной военной агрессии против этой страны.
Иран же, не имея официально признанного ядерного арсенала, подвергся массированным ударам по своей территории.
Более того, по мнению многих иранских аналитиков, именно позиция руководства Ирана, которое на протяжении многих лет уверяло мировое сообщество в отсутствии намерений создать ядерное оружие, и стала той самой "индульгенцией безнаказанности" для американцев и израильтян, которая в итоге привела к масштабным ударам по исламской республике.
Безусловно, в данном контексте приводится и пример России, которая, будучи обладателем крупнейшего в мире ядерного арсенала, тем не менее подвергается ударам украинских беспилотников по своей территории.
Однако те же аналитики указывают, что Россия не применяет ядерное оружие против Украины исключительно по причине особого восприятия Украины и украинцев как части русского мира, что, по их мнению, исключает возможность нанесения подобных ударов на нынешнем этапе конфликта.
В других конфликтах подобного "родственного" восприятия между противоборствующими государствами, скорее всего, уже не будет.
Возвращаясь к иранскому кейсу, многие аналитики отмечали, что он значительно усилил значимость ядерного сдерживания для государств, рассматривающих вопросы собственной безопасности.
Фактически миру был продемонстрирован крайне опасный политический сигнал:
если у государства нет ядерного оружия — по нему могут нанести удар;
если оно есть — цена такого нападения становится несоизмеримо выше.
Именно такой вывод способен подтолкнуть многие страны к пересмотру своих оборонных стратегий.
По информации, появляющейся в западной прессе, государства, обладающие необходимым военным, финансовым и, самое главное, технологическим потенциалом для быстрого создания собственного ядерного оружия, уже начали подготовку законодательной и нормативной базы для реализации подобных программ.
О таких процессах всё чаще говорят применительно к Германии, Турции, Японии, Польше и Саудовской Аравии.
Не буду сейчас перегружать читателя лишней информацией, однако даже поверхностный фактчекинг показывает, что в этих странах действительно идёт активное обсуждение вопросов, связанных с возможным усилением собственного ядерного потенциала.
Особенно показательной выглядит ситуация вокруг Саудовской Аравии.
Так, в июле 2026 года стало известно, что администрация Дональда Трампа одобрила соглашение о гражданском ядерном сотрудничестве с Эр-Риядом.
Особое внимание экспертов привлекло то обстоятельство, что обсуждаемая модель сотрудничества в ядерной сфере между США и Саудовской Аравией допускает возможность развития саудовской инфраструктуры по обогащению урана без тех жёстких ограничений и механизмов контроля, которые традиционно применялись Вашингтоном в аналогичных соглашениях.
Формально, конечно, речь идёт исключительно о мирной атомной энергетике.
Однако любой специалист по режиму нераспространения знает, что технологии обогащения урана относятся к категории технологий двойного назначения.
Именно поэтому соглашение между США и Саудовской Аравией вызвало серьёзную обеспокоенность среди экспертов по контролю над вооружениями.
Складывается весьма противоречивая ситуация.
С одной стороны, Вашингтон заявляет о недопустимости развития ядерных технологий в Иране, а с другой — фактически создаёт Саудовской Аравии возможности для появления собственной, если можно так выразиться, "не харамной" ядерной бомбы.
Для полноты картины напомним, что Саудовская Аравия является родиной одной из наиболее радикальных ветвей исламского фундаментализма — ваххабизма.
Однако для нас, армян, гораздо важнее другое.
К обладанию ядерным оружием стремится традиционный противник армянского этнополитического элемента — Турция.
Конечно, публичных подтверждений существованию военной ядерной программы Анкары нет.
Однако в последние годы западные аналитические центры и мировые СМИ регулярно обсуждают вероятность того, что Турция в перспективе может пересмотреть — а возможно, уже пересматривает — свой подход к ядерному вопросу.
Дополнительное внимание вызвали заявления турецких официальных лиц о том, что гипотетическое получение Ираном ядерного оружия неизбежно спровоцирует региональную гонку ядерных вооружений.
Напомним также, что бывший директор Национальной разведывательной организации Турции (MIT), а ныне министр иностранных дел Хакан Фидан, отвечая на вопрос журналистов о том, ведёт ли Турция разработку собственного ядерного оружия, не дал прямого ответа ограничившись лишь многозначительной улыбкой.
Кстати, уж мы-то знаем, что улыбка турецкого политика говорит значительно больше, чем любые слова.
Таким образом, хотя на сегодняшний день прямых доказательств существования турецкой военной ядерной программы нет, сама тема уже стала частью международной дискуссии.
И в завершение отметим, что Стокгольмский международный институт исследования проблем мира (SIPRI) уже несколько лет подряд предупреждает о начале новой мировой ядерной гонки и постепенном разрушении прежней архитектуры контроля над вооружениями.
На этом фоне военная операция США против Ирана уже выглядит не инструментом борьбы с распространением ядерного оружия, а, напротив, фактором, который способен ускорить этот процесс.
Не секрет и то, что турецкие СМИ всё чаще продвигают мысль о том, что отсутствие ядерного оружия не гарантирует безопасность государства, тогда как обладание им значительно повышает уровень стратегического сдерживания потенциального противника.
Учитывая ядерные амбиции целого ряда ключевых государств Европы и Азии, уже сегодня можно констатировать один очевидный факт: мировая система ядерного нераспространения переживает один из самых глубоких кризисов за последние десятилетия, а риск новой региональной, а в перспективе и глобальной, гонки ядерных вооружений стал значительно выше.
А это неизбежно приведёт к формированию ещё более опасной и нестабильной мировой архитектуры безопасности.